Я ВИЧ. Истории инфицированных южноуральцев. Как я заразился вич истории из жизни

Теперь я боюсь разговаривать с противоположным полом. Я не могу инициировать отношения. Я не чувствую себя комфортно. Я должен что-то сказать и не хочу этого делать. Вот что меня останавливает. Поэтому психологически мне легко не общаться с мужчинами. И теперь я меньше доверяю людям. И я не стал доверять им меньше, но теперь я доверяю им меньше.

Истории детей, зараженных ВИЧ, которых хотели «ликвидировать или изолировать»

В сериале «Автокатастрофы» потокового сервиса Kinopoisk сериал «Пациент Зеро» основан на событиях 1988 года в Элисте. Впоследствии в местной детской больнице произошла первая крупная вспышка ВИЧ-инфекции в Советском Союзе, заразившая 75 детей и четырех взрослых. .

Сценарист сериала Олег Маловичко ездил в Элисту и разговаривал с жертвами и их семьями, но в итоге отказался от идеи следовать документальной правде, а фильм предположительно основан на этих событиях.

Мы — художественный фильм, и у нас нет цели осудить какой-либо конкретный фильм. Мы не расследуем, но очень надеемся, что спокойные люди станут зрителями нашего фильма, что они будут довольны и что мы привлечем их внимание. Эту историю он рассказал журналистам. Актер Евгений Стычкин сыграл одну из ролей и был также режиссером.

Стычкин подчеркнул, что для жителей Элисты этот вопрос по-прежнему остается сложным, и мало кто готов обсуждать его открыто. Они не верят, что мы готовы честно рассказать эту историю», — признался режиссер на этапе съемок.

Про «заразу из шприца» рассказали в программе «Время»

Фотографии, использованные в коллаже: детская демократическая больница в Элисте, снятая 4 февраля 1989 года, и вид Элисты в 1984 году. Фото Константина Тарусова/Тасс Фотохроника.

Подлинная история детей, пострадавших в результате халатности врачей в 1988 году, — это шокирующая история. Это распущенная жизнь, преследования, отсутствие извинений за случившееся и отсутствие компенсации за причиненный ущерб. Более половины жертв не прожили достаточно долго, чтобы установить эффективное лечение, а выжившие еще не готовы показать свое лицо и открыто говорить о своей болезни.

Воспоминания об опросе 1989 года, проведенном после трагедии в Элисте Центром «Левант» (организация, признанная иностранным агентом), очень живы. 13% респондентов высказались за «ликвидацию» инфекции, а 24% — за полной изоляции.

В середине 1980-х годов люди в Советском Союзе знали о СПИДе, но считали, что это маргинальная болезнь Запада и поэтому не может существовать в стране. Газеты называли вирус пятиугольным изобретением, новым методом биологической войны.

Первые случаи заболевания были официально зарегистрированы в 1985 году иностранцами, которые заразились вирусом во время отдыха в Южной Африке. Вскоре эти иностранцы были обнаружены в большом количестве — в основном студенты Института Патриса Лумумбы, которых сначала лечили, а затем депортировали из страны.

В 1987 году вирус был обнаружен у советских граждан — в этом случае пришлось выявлять всю цепочку передачи, и стало ясно, что больной смог заразить пять человек и еще несколько человек как через половые контакты, так и через донорскую кровь.. Однако эти случаи замалчивались.

Массовое заражение детей в больницах во время вала не замалчивалось. Она была показана в программе «ВРЕМЯ» в декабре 1988 года. Перестройка и гласность, вероятно, оказали свое влияние, но новости взорвались как бомба.

В то время заголовки были «шокирующими», «заражение шприцев» и «СПИД — цена безответственности».

Взрывы были распознаны одновременно разными способами. Нина Шаева, заведующая пульмонологическим отделением Республиканской детской больницы, обнаружила случай неформальной пневмонии и отправила кровь одного из своих маленьких пациентов в Москву на анализ.

В это же время в столичной клинике «Соколина Ягора» появился пациент из Элисты. Клиника Соколиной Ягоры уже специализировалась на лечении СПИДа (в то время ВИЧ еще не был на слуху, и врачи почти всегда сталкивались с вирусом, а не с симптомы вызванного им заболевания).

Это интересно:  Сколько времени лежат в психиатрической больнице от военкомата. Сколько лежат в психиатрической больнице от военкомата

У этой женщины был ребенок, который умер в младенчестве годом ранее, и она хотела стать донором в память о нем. Однако после выявления случаев передачи ВИЧ от «нулевых пациентов» донору, Советский Союз начал контролировать кровь. Таким образом, у пациента был диагностирован вирус в Элисте и отправлен в Москву.

Вадим Покровский, врач-инфекционист, который занимался СПИДом с самого начала, смог узнать, что женщина получила вирус от своего ребенка во время грудного вскармливания и что ребенок был заражен в больнице Элисты. Ребенок, находившийся с ними в одной комнате, также был заражен. Поэтому за ниточки в этом медицинском учреждении дергали.

Страшный детектив со шприцами

Геннадий Онищенко.Фото: Олег Булдаков/Итар-Тасс. старший научный сотрудник лаборатории Вадима Покровского, кандидат наук (справа) и самый молодой научный сотрудник Института Алексея Плечитного отвечают на анонимный звонок. 1 июня 1987 года. Фото: Подерный Роман/Фотохроника Тасс.

Московский комитет отправился в автономную Советскую Социалистическую Республику Кальмук. Помимо уже упомянутого Вадима Покровского, который по-прежнему возглавляет Федеральный научно-методический центр по профилактике и борьбе со СПИДом, в состав комитета вошел новый эпидемиолог Геннадий Онищенко.

Позже он вспоминал.

Первоначально эксперты предполагали, что инфекция передается через донорскую кровь. Они начали проверять доноров, чья кровь была дана одному из зараженных детей. Действительно, они изучили мужей женщин, которые проходили лечение в Москве, но не были инфицированы.

Впоследствии дети, лечившиеся от вируса, начали обследовать себя, и вскоре вирус был обнаружен еще у трех детей.

Вадим Покровский позже вспоминал, что когда он приехал в Элисту, у него не было четкого плана действий. Когда он прибыл в космос, он осмотрелся и изучил ситуацию. Одна деталь сразу привлекла его внимание. На шприцах, которые он видел в камере, были написаны названия различных наркотиков.

Поскольку надписи сохранились, Поковски сделал вывод, что никто здесь не стерилизовал шприцы. Иначе слова были бы стерты, и не было бы причин их применять.

В СССР шприцы были многоразовыми. Иглы шприцов и стеклянные корпуса, из которых извлекались наркотики, стерилизовались. Одноразовые пластиковые шприцы появились позже. Это напрямую связано с быстрыми темпами передачи ВИЧ.

Дозы лекарств для детей были очень низкими. Было неудобно каждый раз заполнять их индивидуально для одного пациента — чаще медсестры заполняли весь препарат и проникали с помощью шприцов одновременно ко многим пациентам.

Иглы могут меняться, но даже с младенцами они не всегда думали: что заразно у новорожденного? Это был простой вопрос экономии времени и облегчения работы персонала. Никто не подумал о разрушительных последствиях такой беспечности.

Чтобы доказать свою правоту, Вадим Покровский достал росписи пациентов, измерил количество инъекций и сравнил, сколько раз в одно и то же время шприцы отправлялись на центральную дезинфекционную станцию — такой дневник в больнице был.

Разница оказалась 30-40%, сказал позже Покровский в интервью The Independent.

На советском телевидении Вадим Покровский провел визуальный эксперимент. На камеру он делает «инъекцию» в окрашенный в красный цвет стакан с водой. Затем он вынул шприц и иглу, обнаружив, что часть окрашенной жидкости осталась в чашке. Количество было минимальным, но, по словам врача, его было достаточно, чтобы заразить следующего человека, сделавшего инъекцию тем же шприцем, даже если игла была новой.

В 2011 году жертвы — в основном группа родительских действий, чьи имена уже упоминались — добились пересмотра своего дела. Максимум, что они могли получить, — это компенсацию в размере 300 000 рублей за каждого члена семьи, потерявшего ребенка.

Положительный герой

ВИЧ — это инфекционное заболевание, которое поражает клетки иммунной системы. Эволюция ВИЧ приводит к уменьшению количества клеток, в конечном итоге достигая критического числа. Это можно рассматривать как принцип СПИДа.

У мужчин основной путь передачи - через употребление инъекционных наркотиков.

Сразу же обратите внимание, что имя персонажа было изменено. Илья Аклюстин, психолог центра, объясняет почему.

Большинство ВИЧ-положительных людей не говорят открыто о своем диагнозе. Это верно. Люди должны понять, что вирус иммунодефицита человека — это хроническое заболевание. А люди с другими хроническими заболеваниями, такими как диабет, не объявляют об этой проблеме всем подряд. Наши пациенты не кричат на каждой стадии ВИЧ-инфекции, но кричат, когда это уместно, чтобы не скрывать диагноз.

Это интересно:  Неисправимые маньяки. Как живут отсидевшие монстры. Александр спесивцев маньяк где сейчас

Андрею 40 лет, он живет с ВИЧ с 2013 года. Ночью на него напали хулиганы, разбили бутылку об его голову и разрезали на части, ранив Андрея. Инфекция передавалась через кровь.

Мое здоровье ухудшалось. Врачи поставили передо мной совершенно другую болезнь. Но ничего не помогало. Когда почти все было исключено, они предложили мне пройти тест на ВИЧ. Это было позитивно. Честно говоря, мне стало немного легче, я думала, что у меня рак. Я слышал, что люди живут с ВИЧ очень долго. В частности, лекарства стали делать возможной качественную жизнь. После зачисления я начал посещать школы для пациентов. Первое просветление началось с фильма. Я+». В моей жизни мало что изменилось. Единственное, что немного изменилось, это мой график — мне приходится дважды в день выделять несколько минут, чтобы принять витамины.

Андрей называет себя положительным героем, что помешало ему приобрести еще один положительный актив. Впервые он рассказал о своем диагнозе родителям и близким друзьям, но некоторые его коллеги по работе знают об этом.

Чтобы поставить диагноз, необходимо пройти обследование.

К сожалению, не все в обществе принимают этот диагноз. Андрей приводит типичный пример:.

Я наблюдалась в клинике для ВИЧ-инфицированных. Меня отправили в другое здание для проведения ЭКГ. Врач посмотрел на мою карточку и заявил Во-первых, все нуждаются в лечении. Во-вторых, я ничем не отличаюсь от своих предыдущих пациентов. Мне не причинят вреда. Существуют и другие заразные болезни.

Не так страшен чёрт

Когда 35-летний Дмитрий узнал о своем положительном состоянии в 2015 году, он был опустошен. Он думал, что его жизнь закончилась, его первой мыслью было: «Сколько еще осталось?». был. Затем он начал встречаться, чтобы принять свой диагноз. Он прочитал много литературы, посидел на форумах и углубился в изучение болезни.

‘Я понял, что дьявол не так страшен, как ты его представляешь, и свыкся с этой мыслью. Я признаюсь, что у меня было психологическое расстройство в отношении секса; больше года я даже не думал о нем. Сначала я злоупотреблял алкоголем от безысходности, потом пошел в школу при СПИД-центре, усвоил несколько уроков о себе, начал замечать себя в этой области и сегодня уже предлагаю консультации сверстников таким же людям, как я.

Друзья Дмитрия поддерживали его, но он не рассказывал родителям о своем диагнозе.

Сначала я хотела, чтобы мои друзья говорили о моей болезни, поддерживали меня, сочувствовали мне. Но ничего не изменилось, ничего не произошло, и я поняла, что они мне не помогают. Поэтому я перестал говорить. Сейчас я могу высказать свой диагноз некоторым врачам, например, стоматологу, который посмотрит мое горло и надавит на него, но я не могу.

Плюс ВИЧ+

Димитрис нашел информацию о том, что люди с ВИЧ более здоровы, потому что они чаще обращаются к врачу и следят за собой. Здоровый образ жизни — это стимул жить дольше, ведь каждое похолодание может привести к болезни. Однако он не любит посещать врачей в обычных клиниках. Как и Андрей, он с опаской относится к врачам.

Димитрис говорит: «Проблема в том, что пожилые врачи мало знают о ВИЧ и боятся людей с этим диагнозом, как дьявола».

Психолог говорит, что для серонегативного сообщества не хватает информации о болезни, и многие даже не знают, что могут делить кружку с ВИЧ-инфицированным.

Вадим Покровский позже вспоминал, что когда он приехал в Элисту, у него не было четкого плана действий. Когда он прибыл в космос, он осмотрелся и изучил ситуацию. Одна деталь сразу привлекла его внимание. На шприцах, которые он видел в камере, были написаны названия различных наркотиков.

Перелили дурную кровь

Сегодня, по словам врачей, случаев передачи ВИЧ через переливание крови очень мало. Тем не менее, такие случаи имели место в Свердловской области. В 2003 году уральские СМИ со ссылкой на Роспотребнадзор по Свердловской области сообщили, что врач в Первоуральске заразил мужчину ВИЧ при переливании крови. Донорская кровь оказалась зараженной. Сама инфекция произошла в 2001 году, а пациент узнал о своем заражении только два года спустя, в 2003 году, когда решил сдать кровь на анализ.

Это интересно:  Что означает выражение день сурка. Что такое день сурка

Первое уголовное дело в Екатеринбурге по статье «Умышленное заражение ВИЧ» было возбуждено в 2001 году. Разбирательство велось не против медицинского работника, а против проститутки. Следователи установили, что обвиняемая знала о том, что она ВИЧ-инфицирована, но продолжала заниматься своей профессией. Он был арестован на месте во время рейда в ноябре 2001 года. Против нее было возбуждено уголовное дело. В итоге он был приговорен к шести месяцам лишения свободы.

Мстила своим любовникам

Осенью 2007 года в Резе было проведено второе, более длительное испытание по статье «Заражение ВИЧ-инфекцией». На этот раз обвиняемой по делу стала не проститутка, зарабатывающая деньги своим телом, а местная «смертная женщина», 33-летняя красавица. У него были отношения с четырьмя мужчинами, и только последний, в возрасте 20 лет, не предохранялся. Остальные были инфицированы ВИЧ. Обвиняемая сказала своей подруге, что она заразится, если возобновит отношения с мужчиной, который ее не устраивает. И только последний человек спасся.

Суд приговорил ее к четырем годам тюремной колонии и «лесбийской дамапике».

Заразили во время лечения от бесплодия

Возможно, самый страшный случай заражения ВИЧ произошел в элитной коммерческой клинике «Преображенская», где несколько лет назад три женщины прошли денежную стерилизацию. Все трое были заражены в процессе вакцинации. Каждому из них под лопатку были введены лимфоциты. Затем было установлено, что кровь, из которой были взяты эти лимфоциты, заражена вирусом иммунодефицита. Позже исследователь выяснил, что донор был медсестрой в клинике. Он не знал, что она была инфицирована ВИЧ.

В результате Елена Ярушина, врач-гинеколог Преображенской клиники, была приговорена к четырем годам колонии общего режима, но была удивлена 20-летием Конституции.

Однако директору Преображенской клиники, подавшему в отставку вскоре после скандала, удалось полностью избежать наказания. Хотя было логично, что именно он должен был запретить операции с донорами крови, поскольку знал, что у его организации нет на это разрешения.

Иглы могут меняться, но даже с младенцами они не всегда думали: что заразно у новорожденного? Это был простой вопрос экономии времени и облегчения работы персонала. Никто не подумал о разрушительных последствиях такой беспечности.

Наталья

Я познакомилась со своим мужем в 2008 году в реабилитационном центре в Москве. Мы оба были опиоидными наркоманами. Мы поженились, и в 2009 году я впервые забеременела и прошла иммуноферментный анализ (ИФА). Врач успокоил меня и объяснил, что это для беременных женщин, и отправил меня на анализ для более обширного теста, называемого тестом на иммуногенность. К 2021 году я жила в минусе без каких-либо опасений. В 2021 году я снова прошла обследование, и все показало, что я заражена ВИЧ. Врач отправил моего мужа на анализы, которые оказались отрицательными. У меня есть небольшое количество вируса в крови, но я обратился за лечением, тем более что он меня не отягощает. Я принимаю таблетки один раз в день. В целом, это хороший выбор. Многие люди вынуждены принимать таблетки несколько раз в день. Но, конечно, принимать по таблетке в день — это здорово. Меньшее количество таблеток означает, что у вас меньше шансов что-то забыть или перепутать.

Когда я впервые рассказала о вирусе своему мужу — большому и жестокому татало, он закричал. Потом я тяжело переживала новость о ВИЧ: я думала, что ему нужен здоровый муж и я должна его бросить, но мой муж сказал, что вирус ничего не значит для него, и в какой-то момент уговорил меня заразить его кровью. Мой муж отказался от контрацептивного секса (а поскольку ВИЧ передается через половые жидкости и кровь, я предложила ему выбрать безопасный вариант).

Моя жизнь изменилась к лучшему после того, как я узнала о диагнозе. Раньше я не соглашалась с мужем по семейным вопросам, сейчас это больше нравится, мы больше не спорим. Похоже, в наших отношениях наступил новый этап. Мы стали еще ближе, и я действительно чувствую, что меня любят.

Оцените статью