Клинические примеры. Нервная анорексия. Истории анорексичек как худели.

Когда я начал лечение, ритуалы исчезли довольно быстро, в течение первых нескольких месяцев. Я думаю, что ритуалы на тарелке изначально отражали страх потерять что-то, что может помешать похудению. Мне казалось очень важным, как именно я составляю свои блюда.

«В метро упала без сознания»: реальные истории больных анорексией

Стандарты красоты, навязанные обществом, некоторые девушки воспринимают по-своему: Они не просто хотят быть худыми, они хотят быть неестественно худыми. Страсть к похудению и различным диетам среди представительниц прекрасного пола достигла впечатляющего уровня. Только «ВКонтакте» существует более 1,5 тысяч групп и пабликов, посвященных экстремальным методам похудения. «Анорексия любит тебя!» — С помощью этого лозунга девушки призывают друг друга отказаться от еды и хвалят болезненно худые тела своих сверстниц. Корреспондент ИА «Татар-информ» поговорил с теми, кто переступил черту, пристрастился к диетам и голоданию и стал жертвой своих убеждений.

Несколько лет назад один мой знакомый начал стремительно терять вес. В школе она ела за обедом только буханку хлеба и воду, и даже эта скудная еда вызывала у нее сильные угрызения совести — она считала, что это слишком много и она снова наберет вес. Даже когда она начала видеть в своем отражении истощенного до предела мужчину с темными кругами под глазами и выступающими скулами, она думала, что выглядит толстой и ей нужно еще похудеть. Несладкий чай и бутерброд на завтрак, хлеб и вода на обед в школе, бульон в ее тарелке вечером, и только по настоянию матери.

Знаменитость не смогла объяснить, почему она решила похудеть. «Когда я смотрелась в зеркало, я всегда чувствовала себя толстой и некрасивой. Я хотела похудеть. Я похудела с 45 кг до 39 кг. Мне нравились ярко выраженные вены на руках. Я считала свои тонкие ноги очень красивыми. Я хотела сохранить его», — сказала она.

— Дело было только в выдающихся венах?

— Нет, дело было не только в венах. Мне понравилась худоба в целом. Даже когда у меня был нормальный вес, люди говорили мне: «Какая ты худая». Я не мог в это поверить. Я думал, что люди могут лгать, а зеркало — нет.

— Как вы поняли, что должны вернуться к прежнему образу жизни?

— После того как я начала худеть, у меня начались проблемы со здоровьем. Однажды я потерял сознание, и моя мама очень испугалась. Мы ходили к разным врачам. В тот момент я не думала о себе: мне было жаль маму. Она очень волновалась, потому что я не ела. Я не хотел ее расстраивать. Поэтому я снова начала есть. Сейчас я вешу на 10 килограммов меньше. Но я упорно работаю над этим.

«Я упала в обморок в метро».

«Я была очень толстой. Мне часто приходилось слушать «корова», «гора», «как бы он нас не съел». Сначала я очень расстраивалась и плакала, но потом научилась не обращать на это внимания. Я думала, что у меня тоже будет любимый человек. После школы я поступила в университет и на первом курсе встретила свою подругу Ильшат. В то время я не думала, что девушка весом 100 кг может привлечь внимание такого мужчины, — говорит Лайза.

— Если вы влюблены, зачем вам худеть?

— Он бросил меня. Вы знаете, как это было тяжело? Он стеснялся ходить со мной в присутствии своих друзей. Мы никогда не держались за руки на людях. Он думал, что я толстая. Когда мы остались одни, он сказал мне, что я очень красивая. Сначала я думала, что он скрывает нашу любовь от всего мира. Потом я поняла, что ему было стыдно. Я подошла к нему и сказала: «Если ты меня не любишь, скажи мне прямо!». Он рассмеялся мне в лицо: «Невозможно любить такого толстого человека, как ты.

Я не мог вымолвить и слова, я застыл на своем месте. С того дня я начала худеть. Я пил воду и ел листья салата. Я перешла только на овощи. Каждый день съедайте огурец или помидор. Когда я был голоден, я пил воду. Постепенно я начала терять вес. Через три месяца меня было не узнать. Я похудела со 100 килограммов до 50 килограммов. Я купила одежду, о которой раньше даже не могла мечтать.

«В чем я ошиблась. »

«Моя дочь всегда была толстой. С детства она была крепкой, редко болела, даже редко простужалась. И вдруг она начала худеть. Сначала я обрадовалась: она хотела попробовать себя, привести себя в форму. Жаль, что в то время я этого не понимал! Он продолжал уходить из дома. Он не слушал меня. Он лгал о своей учебе. Он сказал мне, что будет есть.

Мне было больно смотреть, как мой ребенок тает на глазах. Я задавался вопросом, что я сделал не так, что упустил из виду. Долгое время я не знал, что делать. Через шесть месяцев я почувствовал, что начинаются проблемы. Я поняла, что он не будет есть дома. Если вы кормите ее насильно, она ходит в туалет и ее рвет. Я боялся, что если я отведу ее к специалисту, она меня не простит. Мой истощенный ребенок, который питается только водой, посмотрел в зеркало и сказал, что он толстый. Она не слушала меня.

Я кормила ее насильно. Она много плакала. Когда я закрыла туалет, она закричала на меня! Она не могла проглотить еду. Я выбросил весы. Сейчас она начинает понемногу есть», — говорит мама Лизы.

«Я хотела быть стройной и красивой».

«В нашей семье все страдают ожирением. Минимальный вес — 100 кг, и я не хотел быть таким. Я знала, что наши гены повлияют на меня. Я не хотел провести свою жизнь как человек, задыхающийся на пятом этаже, стоящий согнувшись вдвое и едва способный дышать. Я решил действовать по-другому. Я хотела быть стройной и красивой. Моя семья была против. Для них нормальным считался вес в 90-100 килограммов. Это совсем не соответствовало моим взглядам на жизнь. Поэтому я начала худеть постепенно, — говорит Саша.

— Ваши родители ничего не подозревали?

— Они видели, что со мной что-то не так. Они продолжали водить меня по врачам, каждую неделю меня осматривал специалист. Я просто рассмеялся. Я не сказал им, почему. Я хотел показать им, что я другой.

— Что вы чувствовали, когда начали худеть?

— Это невыразимое чувство. Удовольствие. Легкость. Я был готов сдвинуть горы. Пока я не пересекла черту…

— Когда вы поняли, что попали в беду?

— Когда у меня были судороги. От одного взгляда на еду мне становилось плохо. Еда не задерживалась во мне, мое тело не принимало ее. Знаете, потеря веса — это интересный этап. Вначале вы все время голодны. Вы сходите с ума от голода. Через 20 или 30 дней вы почувствуете себя лучше. У вас улучшается настроение. Вы теряете несколько килограммов и ходите счастливым. Вы летаете, вы хотите поделиться своей радостью с миром.

Потом постепенно вам вообще не придется есть. Вы чувствуете себя хорошо! Восхищение стройным телом сменяется чувством, что вы все еще толстая. Вы начинаете ненавидеть себя, и это чувство усиливается с каждым днем. Все, о чем вы можете думать, это о том, что вам нужно сбросить еще больше веса. Это становится навязчивой идеей. Вы теряете вес. Тебе не хватает. Недостаточно. Недостаточно. Вас больше не волнует, что говорят другие люди. Ты никого не слушаешь. Вы не думаете о будущем. Снижение веса становится вашей главной целью.

Даже сейчас я не хочу снова толстеть. Мне нравится это чувство. Вы чувствуете легкость. Я себе нравлюсь. Это моя жизнь. Никто не имеет права вмешиваться. Кому не нравится, молчите. Я буду продолжать худеть», — сказала Саша.

«Анорексия – это наличие у человека проблем в области психики.Три совета от психотерапевта

Рамиль Гарифуллин — психотерапевт и психолог, имеет степень кандидата психологических наук и является доцентом кафедры психологии и образования КФУ:

«Анорексия — это наличие психологических проблем у человека. Человек начинает испытывать чувство страха, тревоги и беспокойства во время еды. Первый страх заключается в том, что пища застрянет в желудке. Второй страх заключается в том, что пища попадет в организм и образуется слой жира. Анорексик боится еды.

Анорексией страдают не только молодые девушки, но и маленькие дети. Они едят влажный корм, потому что боятся, что корм застрянет у них в желудке.

Есть и худые люди, которые не страдают анорексией. Они психологически и генетически зависимы.

Три совета для анорексиков и их родственников

1. Первое, что нужно сделать, — это признать, что анорексия — это болезнь. Необходимо внимательно следить за настроением анорексика. Ее преследует депрессия, она много переживает. Необходимо работать над тем, чтобы избежать такой ситуации.

2. отведите его к психотерапевту. Здесь должны помочь родственники анорексика. Человек не может оценить себя объективно. Он может не согласиться с тем, что он болен. Семья должна отвести его к специалисту.

3. Человек, страдающий анорексией, должен бояться. Первый страх — это ожирение от еды или страх, что пища застрянет в желудке. Второй страх — это беспокойство о будущем и осознание необходимости заботиться о своем здоровье. Второй страх вытесняет первый. В этот момент человек начинает исцеляться.

Мнение диетолога

Диетолог и эндокринолог Раушания Хисматуллина объясняет, как соблюдать диету без риска анорексии.

«Человек, страдающий анорексией, отказывается от еды или принимает меры после еды, чтобы не набрать вес: Рвота, прием слабительных средств. Когда они смотрят в зеркало, они не могут признать, что они худые.

Те, кто хочет похудеть, должны сначала четко определить, сколько килограммов они хотят сбросить. Существует формула, по которой можно вывести идеальный вес в зависимости от возраста, массы тела и пола человека.

Не следует забывать, что похудение — это большая нагрузка на организм. За один месяц можно потерять только 5 процентов веса тела.

Это интересно:  Российские футболисты, которые пьют и курят: Карпин, Овчинников, Соломатин, Ионов, Мамаев. Кто из футболистов курит.

Тем, кто хочет похудеть, следует обратить внимание на сбалансированное питание. Во время этой диеты человек получает необходимые для организма белки, углеводы и жиры. В то же время необходимо создать достаточный дефицит калорий, в среднем 10 процентов от нормы. Следует исключить из своего рациона хлебобулочные изделия, сахар, колбасы и т.д. Но ваш рацион в этот период должен быть богат мясом, рыбой, морепродуктами, яйцами, творогом. Хлеб — это углевод, в рацион вводятся растительные жиры, масло авокадо, так появляются полезные жиры, эта диета снижает вес, снижается холестерин.

Для лечения пациента с анорексией необходимо своевременно обратиться к специалисту. Это совместная работа психотерапевта, диетолога и эндокринолога», — говорит Раушания Хисматуллина.

Мы встречаемся с врачом в отделении расстройств пищевого поведения, где лечатся только девушки и женщины. Некоторые из местных пациентов приехали сюда по собственной воле, другие — по настоянию родственников, третьих привезли на машине скорой помощи.

Нервная анорексия. Клинический пример № 1

Пациентка Л., 24 года

Пациентка обратилась к диетологу, чтобы нормализовать свой рацион. На момент начала лечения она весила 58 кг. По ее словам, она страдала анорексией около 9-10 лет (длительность заболевания на момент обращения).

Пациент имел высшее образование и работал 2 дня в неделю по 10 часов в день.

У нее есть история психических заболеваний — ее отец алкоголик.

Пациент вырос в семье из четырех человек — отец, мать, младшая сестра. Отец был деспотичным и требовательным по отношению к семье. Между отцом и матерью часто происходили ссоры в присутствии пациента. Во время споров отец часто применял физическое насилие по отношению к матери. По словам пациентки, она несколько раз слышала, как отец ругал ее за лишний вес.

Менструации у нее начались в 13 лет. В возрасте 19 лет менструации прекратились из-за ее текущего состояния.

В возрасте 14 лет пациентка заинтересовалась различными диетами и начала исключать из своего рациона определенные продукты — сладости, выпечку, продукты, которые, по ее мнению, содержали много жира. Она изменила свой план питания — уменьшила количество пищи, которую ела вечером, а иногда пропускала ужин. В течение 3 месяцев потеря веса составила 4-5 кг. Эти изменения были восприняты родителями и самой пациенткой как положительные. Впоследствии пациентка также придерживалась ограничительного плана питания, использовала метод комбинирования продуктов и рассчитывала калорийность своего рациона. Согласно ее программе, потребление калорий не должно превышать 1000 ккал/день.

Через девять месяцев после применения этой диеты у нее случился первый компульсивный приступ обжорства, после которого ее вырвало. Эти инциденты повторялись несколько раз в последующий период.

В возрасте 15 лет пациентка ужесточила диету и ела только свежие овощи, фрукты и молочные продукты с низким содержанием жира. Она вела пищевой дневник, подсчитывала калории и документировала свою потерю веса. К этому моменту она потеряла 10 кг от своего первоначального веса (ее первоначальный вес составлял 55-56 кг).

Когда потеря веса стала критической (вес составлял 38 кг) и родители начали беспокоиться, пациентку неоднократно обследовали психологи и психотерапевты. Это не привело к каким-либо значительным результатам, так как пациент в то время не осознавал серьезности ситуации. Однако, по ее словам, в это время постоянные мысли о еде заставляли ее чувствовать себя некомфортно.

Ей было 16 лет, и она проходила лечение в детской психиатрической клинике в течение одного месяца. В то время она весила 40 кг. После лечения прибавка в весе составила 4 кг.

Затем последовала работа с психотерапевтом, психологическая групповая работа и курс когнитивной психотерапии. Пациентка не полностью отказалась от желания снизить и контролировать свой вес, но благодаря сеансам она не опустилась ниже критического порога. Можно предположить, что анорексическая стадия болезни длилась около восьми лет и не переросла в чахлую стадию благодаря психологической поддержке.

Изменение ее веса за восемь лет составило около 10 кг. В начале психотерапии она весила 45 кг, а позже достигла 55-56 кг. В течение этого периода не было резкого увеличения веса, но вес увеличивался постепенно, особенно в начале сеанса психотерапии.

Данные осмотра

Его состояние было удовлетворительным. Жалобы на быструю утомляемость, снижение работоспособности и склонность к запорам.

Антропометрические данные: рост — 170 см, вес — 58 кг, ИМТ — 20,1, окружность руки — 25 см, измерение кожно-жировой складки трицепса — 14 мм.

Биохимические параметры: Общий белок — 71 г/л, альбумин — 38 г/л, трансферрин — 4,2 г/л.

Иммунологические параметры: Лимфоциты — 2,0 мм.

Кожа бледная и сухая. Подкожная жировая ткань развита умеренно. Живот мягкий и безболезненный во всех областях.

Артериальное давление составляет 110/75 мм рт. ст. Сердечные шумы четкие и ритмичные. Звук at em звучит четко. Отеков нет.

Результаты обследования

По результатам лабораторных исследований:

  • полный анализ крови — анемия легкой степени, гипохромная,
  • биохимический анализ крови — снижение уровня калия, снижение сывороточного железа.

Также было проведено ультразвуковое исследование органов брюшной полости и электрокардиограмма. Никаких существенных отклонений не было отмечено.

На момент осмотра признаков недоедания не было.

Был поставлен диагноз: сниженная нервная анорексия, анемия легкой степени, гипохромная, гипокалиемия.

Я кормила ее насильно. Она много плакала. Когда я закрыла туалет, она закричала на меня! Она не могла проглотить еду. Я выбросил весы. Сейчас она начинает понемногу есть», — говорит мама Лизы.

«Это просто некое расстройство!»

Марина так и не обратилась к хорошему психиатру, сказав, что не может найти такого в своем городе. Аня тоже не нашла, хотя живет в Москве. В течение нескольких лет она страдала булимией и безуспешно обращалась в клинику в Москве, где однажды у нее засорился унитаз из-за частой рвоты: «Когда сантехник вытащил хлебные крошки, она подумала, что это глина для лепки. Но она боится государственных психиатрических больниц: «Они поставят ее на учет. И она не хочет тратить деньги на частную клинику: «Я решила поступить в университет». Аня вроде бы признает, что больна, но все равно говорит: «У меня нет шизофрении. Это просто какое-то расстройство!».

Действительно, «некоторое расстройство», к которому многие люди относятся легкомысленно, может быть смертельно опасным. «У тех, кто не получает лечения в течение десяти лет, выживаемость составляет около 78%. Для тех, кто худеет в течение 20 лет, это около 63%», — говорит Анна Корсунова, директор Центра изучения расстройств пищевого поведения (CSED), психиатр, психотерапевт и диетолог.

Анна и Марина говорят, что одной из отправных точек их болезни стало отношение общества к тучным людям: они так боялись набрать вес, что предпочитали «очищать» себя. Анна Корсунова уверяет, что единой причины РПП не существует.

Мысль «Я заболел нервной булимией, потому что мальчик в школе сказал, что я толстый» — это просто механика нашего мозга. Попытка рационализировать нахлынувший на нас ужас. Так поступают люди с различными диагнозами, которые иногда доходят до нелепого «я заболел, потому что моя прабабушка ударила моего котенка». Конечно, это не имеет ничего общего с реальностью.

Наиболее распространенными типами МТП являются булимия и анорексия (когда человек сильно ограничивает потребление пищи). Существует также компульсивное переедание, когда навязчивые фантазии о еде заканчиваются только после переедания (и только на короткое время). Всех их объединяет одно: любой вид РПП начинается в уме. С ощущением, что с вами что-то не так, что вы недостаточно хороши — внешне или внутренне. Что вы чувствуете себя плохо и некомфортно по отношению к себе. И это напряжение становится настолько сильным, что вы должны избавиться от него прямо сейчас, в этот момент.

Некоторые из-за этого напряжения начинают пить, некоторые принимают наркотики. А некоторые в итоге окажутся в нездоровых отношениях с едой. «Ограничение пищи оказывает успокаивающее действие, поскольку гормоны надпочечников выбрасываются в кровь. Это так называемая эйфория голода, — говорит Коршунова, — то же самое происходит, когда я переедаю и меня тошнит: Я не чувствую никакого внутреннего напряжения во время еды, а затем рвота приносит облегчение. Разница между анорексией, булимией и компульсивным перееданием и простыми «я на диете», «я съел столько, что меня вырвало» и «мне всю неделю снились оливки» довольно проста. Пока вы здоровы, вы можете работать, встречаться с друзьями и вообще думать о чем-то, кроме еды. При патологии мысли о еде доминируют, и человек не может оставить работу, чтобы поесть. «Больные булимией могут брать еду из мусора, — объясняет Анна Коршунова, — или воровать еду, потому что просто нет денег, а переедать необходимо. Здоровый человек не стал бы так поступать.

«Если еды не оставалось, я ела бумагу»

«Весь день состоял из еды: один прием пищи, другой, следующий. Я легла спать с мыслями: Когда я проснусь, я буду есть. На завтрак я ела овсянку с водой, состоящую из 30 граммов овсянки с ложкой меда. Затем перекус — 15 г орехов. Обед — 100 грамм отварной курицы или рыбы и 70 грамм овощного салата, даже соль побоялась добавить. Вечером — кефир с имбирем, красным перцем и корицей. Всех интересовало, как его пить.

«Я купил четыре пончика, десять булочек, четыре пакета попкорна, несколько пачек 400-граммового печенья, восемь шоколадных конфет, пять жевательных резинок и несколько пакетов замороженных наггетсов. Несколько упаковок сладостей, конфет и печенья. Я могу съесть все это за полчаса, а потом вернуться в магазин.

Эти слова принадлежат одному человеку. Ксении было 20 лет, и уже в 15 лет у нее были проблемы с питанием. Она весила 80 килограммов при росте 165 см, над ней издевались в школе, и она начала худеть. Она похудела на 42 килограмма, считала каждый грамм пищи, а затем начала переедать и вызывать рвоту. И она постоянно беспокоилась о своей внешности.

Анорексию и булимию часто называют «сестрами-близнецами». «На мой взгляд, это одна и та же болезнь. Просто на разных стадиях можно диагностировать либо одно, либо другое, — говорит Анна Корсунова. «У этих заболеваний одна основа, но разные проявления, — добавляет Никита Чернов, психолог, заведующий отделением психотерапевтической помощи и социальной реабилитации ПКБ №1 им. Н.А. Алексеева, — и одно может переходить в другое.

Булимия — это человек, которого преследуют навязчивые мысли о еде. Анорексия — это страх перед едой и потребность быть нездорово худым. Это не имеет ничего общего с любовью к себе, а просто с убеждением, что вы можете быть здоровыми и красивыми, только если у вас недостаточный вес. При анорексии иногда случается, что больные «очищают» свой организм, чтобы быстрее сбросить вес. Часто с помощью наркотиков. Последствиями этого являются короткий сон, постоянный холод, шелушение кожи и выпадение волос. Волосы на коже растут, потому что тело пытается сохранить тепло. Снижается плотность костной ткани — настолько, что человек может сломать руку, просто подняв сумку. «Плотность костей может достигать определенного возраста, — говорит Коршунова, — это означает, что если пациенту 13-15 лет (а болезнь обычно поражает его в эти годы), то у него до конца жизни будут хрупкие кости». Он излечится от анорексии, но в 40 лет его руки все еще будут сломаны». «Это самое опасное для жизни психическое заболевание, — добавляет Никита Чернов, — По статистике, в разных странах от его последствий умирает от 5 до 20% страдающих. В основном они обусловлены сердечно-сосудистыми заболеваниями.

Это интересно:  Каноны красоты: как выглядели идеальные женщины в древние времена и до ХХI века. Что такое эталон красоты.

Ксения выросла в Сибири. Когда она начала ограничивать себя в еде, ее родители «рассердились и отругали ее». При весе 42 кг девушка солгала, что весит на 10 кг больше, потому что хочет похудеть. Она не знает, сколько хотела весить: «Я просто хотела, чтобы цифра на весах уменьшилась». Сначала у нее случился нервный срыв из-за мороженого: она попробовала «вафлю» и в итоге съела несколько килограммов мороженого, шоколада, конфет и печенья. Так началось ее обжорство. Через некоторое время Ксения переехала учиться в Москву и за два месяца набрала 20 кг.

«Болен — иди к врачу!»

Наташа тоже не знает, сколько она весит. У нее дома нет ни весов, ни сантиметров. Но по другой причине: она боится узнать эти цифры. Наташа так боится потолстеть, что иногда разрывает отношения с мужчинами: «Партнер ест как мужчина со здоровой самооценкой и хочет меня кормить. И я лучше буду одна, чем увязну в отношениях».

Наташа также питалась яблоками и йогуртом, а затем пиццей и шоколадом в течение 14 лет. Недавно у нее диагностировали биполярное аффективное расстройство. Обычно он чередуется между депрессией и манией (при мании человек испытывает возбуждение и приливы энергии). Наташа говорит, что во время депрессии она много ест и спит, а во время мании она теряет вес, потому что у нее много энергии даже без еды. Сейчас врач прописал ей лекарства, и навязчивые состояния прекратились.

Как объясняет Анна Коршунова, исследования показывают, что некоторые формы биполярного расстройства проявляются через переедание. Правда, Наташа также испытывает неприятие своего тела, что типично для людей с БПД: «Иногда мне хочется разорвать свое тело, как пару колготок. Я хочу избавиться от него. Это кажется чужим.

Если вы ненавидите свое тело и еда для вас — это не просто еда, не нужно думать, что с вами не так. «Если вы больны, идите к врачу, — говорит Анна Коршунова, — любой психиатр лучше, чем «я сама что-нибудь поищу, почитаю».

Правильное лечение РПП — это сочетание работы психиатра, психотерапевта, диетолога и интенсивного терапевта (так как в запущенных фазах могут возникнуть различные осложнения). До недавнего времени ЦИРПП был единственным местом в России, где работала такая система. Но это частная больница, и поэтому не каждый может позволить себе госпитализацию в ней. В феврале этого года в Москве на базе клинической больницы №1 им. Н.А. Алексеева был открыт первый в нашей стране государственный центр по лечению таких заболеваний. Она бесплатна для москвичей, но не для жителей регионов. «Мы надеемся, что со временем откроем филиалы, — говорит Людмила Сатьянова, заведующая клиникой и врач-психиатр, — к нам обращаются люди из разных регионов. Я говорю им: «У вас, конечно, есть центры?» И все они отвечают: «Нет!».

Сейчас клиника на базе ПКБ №1 рассчитана на 20 коек. Это стационарное отделение. Существует также дневной стационар (пациент проводит в центре целый день, а вечером возвращается домой) и амбулаторная служба. Также проводится обучение родственников пациентов. «Участие семьи очень важно для хороших результатов, несмотря на то, что это клиника для взрослых (18-40 лет). Однако CIRPP принимает и подростков. Для них Анна Коршунова также рекомендует Научно-практический центр детского и подросткового психического здоровья имени Г.Е. Сухаревой, где также лечат расстройства пищевого поведения.

В нашей стране до сих пор очень мало специалистов в области ППД. Те немногие, кому можно доверять, знают друг друга и работают вместе. «ЦИРПП иногда направляет к нам пациентов, которые нуждаются в лечении, но не могут заплатить, — говорит Людмила Сатьянова. Однако Никита Чернов настоятельно не рекомендует пользоваться услугами других частных клиник: «Вряд ли вы получите там комплексную и специализированную помощь.

Лечить расстройство пищевого поведения в одиночку практически невозможно. И даже при профессиональном лечении на это обычно уходит не менее года. Однако самая большая проблема заключается в том, что многие люди живут с булимией или анорексией годами, не осознавая, что им нужна помощь. Некоторые обращаются за лечением только через 20 лет после начала заболевания. А некоторые приходят через 20 лет.

Это дорого — много денег уходит на еду. И все равно вы голодны, потому что в вашем желудке ничего не осталось. Но самое главное, это очень раздражает. Это так неудобно, что вам становится стыдно, и тогда вы едите еще больше.

«Мне казалось, одноклассники смеялись надо мной из-за жирных ног» Вика, 17 лет, Екатеринбург

vika 1 mini

— Когда я был ребенком, я был толстым ребенком. Мне было хорошо одной. Но я чувствовал давление, возможно, бессознательное, со стороны людей. Я думала: вырасти, вытянуться, похудеть. Но я стал выше и шире. Я не помню историю, но отец рассказывал мне, что когда мне было семь лет, врач сказал нечто подобное: «Какая толстая девочка…». И он ткнул меня в живот: «Сколько там пирожков!». Возможно, это тоже оставило свой след.

Помню, как в седьмом классе я шла по школьному коридору и думала, что мои одноклассники смеются надо мной из-за моих толстых ног. После этого я решила похудеть. Я начал ограничивать себя. Мой нормальный вес в 67 килограммов быстро снизился до 56 килограммов (я весил 168 фунтов).

По выходным я ездила к бабушке. Там я мог есть все, что хотел: салаты с майонезом и большие порции. Потом я пришла домой, взвесилась и начала наказывать себя и ограничивать в еде: мне казалось, что за выходные я сильно набрала вес. Зимой я бегал почти до изнеможения, даже при минус 25 градусах.

Когда вес снизился до 52 кг, родители забеспокоились и отвели меня к врачам. Наконец, после всех гастроэнтерологов, я пошла к психиатру и рассказала ему все как есть. Мне был поставлен диагноз «нервная анорексия». Я не хотел никакого лечения. Какой вид анорексии? Я ем, я голоден, я просто ем немного меньше, вот что я думал. В то время я не знала, что такое анорексия. Когда мой вес снизился до 48 килограммов, меня наконец-то госпитализировали. Я сделал вид, что собираюсь с силами, чтобы поскорее убраться оттуда. Поэтому я ел все, включая подачки. И в течение двух недель я набрал три килограмма.

vika 2

В начале девятого класса я взвесилась на контрольном осмотре и весила 53 килограмма. Тот факт, что я набрала вес, пугал меня. Я боялась, что он будет продолжать расти. Я боялась снова есть. Я снова похудела. Я думала, что чем меньше я наберу, тем лучше. И если я достиг определенного минимума, я должен его сохранить. Сначала я думал о 48, потом о 40.

Я бегал вверх и вниз по лестнице. Я добежал до девятого этажа и обратно. Я даже надраила каблуки. Утром я сделал сто приседаний. Я также занимаюсь спортом по ночам. Мое тело настолько привыкло к этому, что просыпалось в нужное время.

Вес снизился до 37 килограммов. У меня долгое время не было месячных. У меня не осталось сил, я чувствовал себя апатичным. Я чувствовал себя амебой.

Прошлым летом я решил исправиться. Постепенно — больше калорий. Теперь я ем столько, сколько хочу. Я набрал 13 килограммов, мой нынешний вес — 50. Можно сказать, что это нижняя граница шкалы. Но я чувствую себя намного лучше, физически и психически. У меня больше нет судорог, я могу бегать и прыгать, мои вены не выступают, у меня больше сил, мой кишечник работает лучше. Я наконец-то начал испытывать эмоции!

Я не могу сказать, что я полностью восстановился: Мысли о похудении появляются время от времени, как и ненависть к себе, но я не хочу возвращаться в прошлое. Я хочу чувствовать себя живой.

«Я взвешивалась каждое утро, каждый вечер и каждый раз, как поем» Надя, 13 лет, Москва

— Мое тело начало обретать форму, но я не замечала, как это происходит. Я съел много еды. Я могу съесть семь бутербродов. В школе я покупал два пирога. Летом моя мама находила обертки, спрятанные в тостах и вафлях. Поэтому я скрывала, что много ем.

Когда я начала танцевать, я поняла, что не вписываюсь в свои костюмы. Поэтому я решила начать худеть. А моя мама до этого сильно похудела. Я взял с нее пример. Моя мама иногда говорила мне: «Почему ты не можешь ограничить себя? Съесть одну шоколадку вместо целой коробки?».

Я очень переживала по этому поводу.

Я начала худеть весной 2020 года: тогда я весила 58 при росте 159. Я уменьшила порции, ничего не ела в школе и пила только чай. Моей целью было похудеть за время карантина. Мои мама и бабушка всегда были худыми, и я спрашивала у них совета. За два месяца я потеряла три килограмма.

Затем я решила ограничить себя еще больше и начала питьевую диету. Но я была так голодна! Тогда я придумал идею: я открывал печенье или пряник, нюхал их и запивал водой. Я также смотрел, как люди едят на YouTube — я смотрел, как они едят, чувствовал их запах и наполнял свой желудок жидкостью.

Я взвешивалась каждое утро, каждый вечер и каждый раз, когда ела.

Летом я ездила к бабушке. Там я был измотан физическими упражнениями. Я съедал около 200-300 калорий в день. Когда я увидела на весах цифру 40, я была счастлива. Вскоре мой вес снизился еще больше.

Осенью меня отвели к педагогу-психологу.

nadya 2

Моя мать и друг сыграли самую большую роль в моем выздоровлении. Без их поддержки мне бы не удалось выкарабкаться. Но я понял самое главное: Если вы этого не хотите, никто вам не поможет. И это еще больше мотивировало меня. С каждым днем я чувствовала себя все увереннее, что дойду до 40, потом до 46, а потом все пошло гораздо быстрее. Я разрешила себе есть. Я разрешила себе хотеть есть. Я ел много вкусной и скандальной пищи. Иногда со слезами. Я не смогла обойтись без булимии, что очень неприятно.

Это интересно:  Идеальные пропорции женского тела: самая подробная таблица параметров для девушек. Идеальная талия сколько см.

Сейчас я съедаю от 2000 до 2500 калорий в день. У меня все еще есть тревога, но я стараюсь с ней бороться. Я не хочу сдаваться, я не хочу 200 калорий в день. Я вешу 61 кг и довольна своим телом. Наконец-то мне больше не холодно. Я могу носить одежду, которая подчеркивает мою фигуру. Я поняла, что человека любят не за его вес, а за теплоту его души и отношение к миру.

Сейчас у меня молодой муж. Моя семья и друзья не перестали любить и уважать меня. Напротив, круг моего общения расширился. Я не жалею, что набрала вес. Летом я хочу заниматься спортом. Вот чего я хочу, а не разочарования. Не считать калории — это так здорово!

«Вроде хочу восстановиться, а вроде и не хочу» Клава, 33 года, Санкт-Петербург

— Я всегда хотела быть худой.

Я начала заниматься художественной гимнастикой, когда мне было восемь лет. Возможно, в этом был корень проблемы: я была немного полновата для гимнастики. В классе я видела красивых девочек, худеньких девочек. Я поняла, что не похожа на них и очень хочу быть стройной.

Я начал искать еду и отказывался есть. Я сказала, что мне нужно похудеть. У меня были конфликты с родителями по этому поводу. Мой отец — врач. Он и все остальные члены семьи пытались избавить меня от этого. Десять лет назад меня положили в психиатрическую клинику. Там я набрал пять килограммов. Когда я вернулась домой, я не могла жить с собой. Я ненавидела себя, когда видела это жирное, отвратительное тело. Я весила 45 килограммов и считала себя толстой.

Я ем все, кроме супа, чайной ложкой. Я взвешиваюсь один или два раза в день. Сейчас я вешу 29 килограммов при росте 168.

Менструация? Я уже давно забыл, что это такое. Я не могу вспомнить, когда в последний раз у меня был один. Думаю, это было в 2009 году. Недавно мне сделали рентген. У них был обнаружен остеопороз.

klava 2

Я живу с родителями. Они внимательно следят за тем, чтобы я ела и меня не рвало. Конечно, мы постоянно ссоримся. Когда я взвешиваюсь вместе с мамой, я знаю, что мне нужно набрать вес. Я должен положить несколько гирь в карманы. Мои родители делают все, что могут. Но от всех я очень устала. Я чувствую это.

У меня очень смешанные чувства по отношению к себе. Я понимаю, что я слишком худая, что на меня страшно смотреть, и что люди боятся. С одной стороны, я хочу вернуться к своей обычной жизни, но с другой — не хочу. Я понимаю, что мне нужно восстановиться, чтобы вернуться к нормальной жизни. Но как только мой вес приближается к 31 килограмму, мне становится страшно и хочется принять слабительное. На самом деле стать лучше не так-то просто. Как только мое тело начинает меняться, я тут же возвращаюсь назад. Мне трудно принять это число — 31 — хотя оно кажется не таким уж большим.

На момент публикации: Клава съехала из дома родителей. Она работает. Она пытается восстановиться: «Она еще не достигла 30, но уже близка: 29,650 на данный момент. Я работаю со своими «тараканами», работаю с психологом и принимаю нейролептики. Настроение обычно хорошее. По крайней мере, у меня нет мыслей о самоубийстве. И я хочу жить независимо и счастливо, ни от кого не завися.

Учитывая фактическую калорийность рациона и тот факт, что потеря веса не требуется, я выбрала интервал 1800-1850 ккал. Белки — 65-70 г, жиры — 60 г, углеводы — 240-250 г.

«Заработал яблоко». Как мужчины говорят об анорексии

Достоверной статистики смертности от анорексии в России нет, но, по данным Коалиции по борьбе с расстройствами пищевого поведения, каждые 62 минуты в мире умирает один человек от расстройства пищевого поведения. Принято считать, что анорексия — это женская болезнь, поэтому не каждый мужчина, страдающий от нее, готов обратиться за медицинской помощью, даже если симптомы очевидны. Кроме того, мужчины рискуют выйти из медицинских учреждений с диагнозом «шизофрения» — российские психиатры часто ставят этот диагноз пациентам мужского пола с ППД. «Сноб» поговорил с тремя мужчинами с расстройствами пищевого поведения (только один из героев согласился на публикацию своих фотографий) и попросил клинического психолога прокомментировать их опыт

Фото: Личный архив Стаса Милеева

Я выросла в семье, где насилие компенсировалось едой: После каждой агрессии родители покупали мне большое количество различных лакомств. Мне никогда не нравился вкус мяса в целом. Помню, как я взбунтовался по этому поводу в возрасте 12 лет. Мама предложила мне самой готовить вегетарианскую пищу, но она не могла представить, как я буду долго жить на соленой воде и луке, поэтому обратилась к выпечке — я постоянно получала пироги, блины и десерты.

Когда мне было 18 лет, на призывной комиссии мне сказали, что при моем росте я не могу весить больше 120 фунтов, чтобы служить в армии. Весы показали на 10 килограммов больше нормы. Я окончательно поняла, что мне нужно похудеть, услышав цитату на концерте моей музыкальной группы. Перед выступлением ко мне в гримерке подошел друг и сказал: «Дим, ты слишком растолстел — тебе нужно похудеть», — и начал разговаривать с моими друзьями. Это просто снесло мне крышу. Я плакала, ругала себя и думала только об одном: Меня подвергали остракизму из-за моей внешности. Я прочитал о голодовках и пять дней не ел и не пил. Мне пришлось сказать родителям, что это духовная практика. Затем я пил только воду еще несколько недель. Таким образом я быстро сбросила 35 килограммов.

Следующий травмирующий эпизод произошел, когда я решил перевестись из одного университета в другой. Я должен был снова явиться в военкомат и записаться в армию. У меня больше не было проблем с весом, и врачи один за другим ставили мне штамп «здоров». Только у психолога возникли вопросы, когда он увидел следы потушенных сигарет на моих руках. Он направил меня на обследование в психоневрологический диспансер. Там специалисты начали расспрашивать меня о моем детстве. Я снова впал в депрессию и отказывался от еды: Когда я ходил в столовую, я пил только чай и отдавал свою еду соседу, который компульсивно переедал. Удивительно, но в течение нескольких недель, которые я провела в PND, никого из персонала не волновали мои пищевые привычки. Я вернулась домой с весом 80 килограммов, и мне поставили диагноз «биполярное аффективное расстройство».

Именно тогда у меня начались первые серьезные отношения. У моей девушки был небольшой лишний вес, поэтому она очень стеснялась. Ее беспокойство передалось мне. Я начал сухое голодание и потерял 67 килограммов. Это мог бы быть нормальный вес, но из-за строения моего тела кожа отвалилась между ребрами. Я чувствовала каждую косточку в своем теле, я видела, как торчит мой таз, но даже тогда я чувствовала себя ужасно толстой.

Я помню, как мой друг сказал, когда у меня уже не было сил встать с кровати: «Ты напоминаешь мне фотографии из концлагерей. Ты должна перестать худеть, я буду любить тебя независимо от того, сколько ты весишь. С этого момента я полностью освободился. Возможно, мне всегда не хватало таких слов. Мы с той девушкой давно расстались, сейчас я вегетарианец и вешу около 75 килограммов.

Я помню, как мой отец шутил: «Ты хочешь стать дистрофиком?». В то время я ничего не знала об анорексии у мужчин, я думала, что дистрофия — это мужская проблема, а анорексия — женская. Недавно я увидела по телевизору рекламу: «Таблетки от женских проблем». Почему они не могут произнести слово «менструация»? Я уверен, что если мы не будем прятать все за эвфемизмами и не будем разделять людей по половому признаку, многие проблемы общества решатся сами собой.

Иллюстрация.

Петр, 34 года, бизнесмен

В начале своей профессиональной карьеры я часто волновалась и чувствовала себя беспомощной, когда не понимала задач, которые ставил передо мной начальник, или не знала, как их выполнить. Ситуация ухудшилась, когда у меня появились подчиненные: Я не был уверен, что отдаю им правильные приказы и инструкции. Я компенсировал эту неуверенность в себе обильным потреблением пищи — здесь у меня были все возможности для этого. Я помню, как мои коллеги за обедом увидели, что я беру со шведского стола восьмую тарелку, и посмеялись над моей жадностью. Затем я начал запихивать то же самое в контейнеры и запираться в туалете вместе с едой.

Хотя я ела в огромных количествах, мой вес не увеличивался. Моя пищеварительная система просто не справлялась с таким количеством: меня постоянно рвало непереваренной пищей, у меня была диарея. Так я постепенно утратил ощущение, что еда помогает мне держать карьеру под контролем — после приступов обжорства я чувствовал тяжесть в голове и желудке, несколько дней сидел дома, чтобы не работать. Меня уволили. Затем я несколько раз находил новую работу, но всегда быстро ее терял.

После очередного увольнения я много читала о здоровом питании и поверила, что могу стать счастливее, если буду питаться «правильными» продуктами. Около двух лет я ел только мясо и овощи, затем перешел на свежие фрукты и соки. Кстати, даже при такой диете я все равно могу съесть слишком много, например, шесть-восемь авокадо за один раз. Однако я потерял до 50 фунтов, у меня начались неприятности на работе, и я понял, что совершил еще одну ошибку. Я решил обратиться к психиатру. Он диагностировал орторексию и рекомендовал лекарства, но они мне не помогли.

У меня был долгий религиозный поиск: Я путешествовал по монастырям и посещал церкви. Религия была для меня «упаковкой», но мне нужна была «начинка». Поговорив с друзьями, я узнал, что они тоже пристрастились к алкоголю и наркотикам и стали трезвыми, присоединившись к анонимной программе сообщества. Сейчас я являюсь членом такой группы самопомощи. Мы работаем по «Большой книге Анонимных Алкоголиков», которая предлагает 12-шаговый путь к выздоровлению и, как я считаю, помогает справиться с любой зависимостью. Я сам нахожусь в ремиссии уже несколько лет, вернулся на работу, мой вес, хотя и колеблется, находится в пределах нормы. Я перестала беспокоиться о своем весе — я больше не обращаю на него внимания.

Оцените статью